Согласно публикациям Объединенной программы ООН по СПИДу (ЮНЭЙДС) в мире наблюдается уменьшение числа новых случаев заражения ВИЧ и числа смертей, связанных с ВИЧ-инфекцией [1]. Предполагается, что этот результат достигнут благодаря реализации стратегии, основанной на ранней диагностике ВИЧ-инфекции у максимального числа людей, живущих с ВИЧ (ЛЖВ), и постоянном пожизненном приеме антиретровирусных препаратов (АРП), которые подавляют активность ВИЧ, благодаря чему увеличивается продолжительность жизни ЛЖВ и уменьшается их потенциальная контагиозность.
Несмотря на заявленные достижения, пандемия продолжается, а Европа до сих пор считается одной из проблемных зон из-за большого числа новых случаев ВИЧ-инфекции, причем основные проблемы связываются с Российской Федерацией (РФ), занимающей в Европе первое место по числу впервые зарегистрированных новых случаев. Европейский центр по контролю за болезнями совместно с Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ), ссылаясь на данные, предоставленные Министерством здравоохранения Российской Федерации, сообщил, что в России в 2022 г. было выявлено 55 573 случаев ВИЧ-инфекции, т. е. 50,3% всех случаев, зарегистрированных в Европейском регионе ВОЗ [2].
Появление этих цифр вызвало в общей печати публикации о том, что заболеваемость ВИЧ-инфекцией в РФ очень высока. Между тем в том же источнике сообщается, что РФ сообщила о 47 205 207 сделанных в 2022 г. обследованиях на ВИЧ-инфекцию, что соответствует 62% всех тестов, выполненных в Европейском регионе ВОЗ; в 2022 г. в России выполнялось 326 тестов на 1000 населения, в то время как в Бельгии – 61, Дании – 25, Казахстане – 185, Турции – 118, на Украине – 26, но большинство стран Европы эти данные в Европейские агентства не предоставили. Тем не менее они доступны: например, по данным, опубликованным правительством Соединенного Королевства [3], этот показатель в стране в 2022 г. составил 17 на 1000 населения, т.е. был на порядок ниже российского.
Из приведенных цифр становится очевидным, что вывод о быстром распространении ВИЧ-инфекции в России, сделанный на основании только числа впервые диагностированных случаев, о которых сообщил Минздрав России в Европейское бюро ВОЗ, является скоропалительным, так как ВИЧ-инфекция является пожизненным заболеванием с многолетним бессимптомным течением и может диагностироваться спустя десятилетия после заражения, поэтому массовое обследование населения заведомо может способствовать выявлению большего числа ЛЖВ. Активное массовое обследование населения на ВИЧ-инфекцию, регистрация каждого выявленного случая ВИЧ-инфекции и выяснение причин заражения уже с конца 80-х годов прошлого столетия стали краеугольными камнями российской системы надзора за ВИЧ-инфекцией [4].
С другой стороны, абсолютное число впервые зарегистрированных в России случаев само по себе достаточно велико для беспокойства: в обсуждаемой публикации (на основании данных Минздрава России) указано, что кумулятивно в РФ только за период 2009–2022 гг. было зарегистрировано 1 054 769 случаев ВИЧ-инфекции, поэтому вопрос, насколько активен современный эпидемический процесс ВИЧ-инфекции, остается приоритетным.
В России еще в 1987 г. была создана система постоянного эпидемического надзора за ВИЧ-инфекцией, благодаря которой Роспотребнадзор располагает обширной и разнообразной информацией, связанной с ВИЧ-инфекцией в РФ, анализ которой должен дать объективную оценку ситуации.
Цель исследования – оценка эпидемической ситуации по ВИЧ-инфекции в РФ в 2023 г.
Материалы и методы
Проведен анализ данных форм федерального статистического наблюдения (№ 4 «Сведения о результатах исследования крови на антитела к ВИЧ», № 2 «Сведения об инфекционных и паразитарных заболеваниях»); ведомственной формы мониторинга Роспотребнадзора «Сведения о мероприятиях по профилактике ВИЧ-инфекции, гепатитов В и С, выявлению и лечению больных ВИЧ» и персонифицированных сведений о выявленных в 1987–2023 гг. случаях ВИЧ-инфекции в России (форма №266 у-88). Сведения поступали из территориальных центров по профилактике и борьбе со СПИДом или иных уполномоченных организаций, а также территориальных управлений Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека.
Результаты
По данным формы статистического наблюдения № 4, в 2023 г. охват тестированием на ВИЧ в общей популяции увеличивался и достиг в 2023 г. 334 обследований на 1000 человек населения. Всего в 2023 г. было обследовано 48 914 663 образцов крови российских граждан, что на 8,6% больше, чем в 2022 г., и впервые выявлено 82 180 положительных результатов при референс-исследовании в иммунном блоте (ИБ) или ПЦР у обследованных на ВИЧ россиян, что оказалось на 0,6% больше, чем в 2022 г.
По данным ведомственной формы мониторинга Роспотребнадзора «Сведения о мероприятиях по профилактике ВИЧ-инфекции, гепатитов В и С, выявлению и лечению больных ВИЧ», ВИЧ-инфекция была впервые зарегистрирована у 66 146 российских граждан, эти сведения были наиболее близки к персонифицированным данным о случаях ВИЧ-инфекции (форма №266 у-88). Также в 2023 г. поступили данные о смерти 34 254 ВИЧ-позитивных россиян.
Согласно форме статистического наблюдения № 2, в 2023 г. было сообщено о 58 740 новых случаях «болезни, вызванной ВИЧ, и бессимптомном инфекционном статусе, вызванном ВИЧ», что на 7,0% меньше, чем в 2022 г. (63 150).
Согласно обобщающим данным учетных форм, поступивших из регионов РФ в Роспотребнадзор с 1987 г., на 31 декабря 2023 г. общее число диагностированных случаев ВИЧ-инфекции среди граждан РФ (подтвержденных в ИБ или путем выявления РНК, ДНК ВИЧ) достигло 1 692 795 чел.. 495 385 к концу 2023 г. скончались от разных причин, а 1 197 410 продолжали жить с ВИЧ. Распространенность, или пораженность (доля ЛЖВ среди всего населения), соответствовала 0,8%.
Показатель заболеваемости ВИЧ-инфекцией, точнее, число новых выявленных случаев ВИЧ-инфекции, в 2023 г. составил 40,04 на 100 тыс. населения. Динамика показателя по данным статистической формы № 2 приведена на рис. 1.
Средний уровень числа впервые зарегистрированных случаев на 100 тыс. нас. (40,04) превысил показатели 34 субъектов федерации, в этих регионах проживало 44,7% населения РФ.
Рост показателя был зарегистрирован в 2023 г. в 26 регионах, а наиболее заметный – в 20 регионах (табл. 1), в том числе в Республике Калмыкия (в 2,4 раза), Камчатском крае (в 1,7 раза), Республике Тыва (в 1,6 раза), Чукотском автономном округе (в 1,6 раза), Республике Марий Эл (в 1,6 раза), Чеченской Республике (на 40,0%), Брянской области (на 23,0%), Республике Карелия (на 20,9%), Республике Дагестан (на 20,1%), Ульяновской области (на 20,0%), Ямало-Ненецком автономном округе (на 18,7%), Архангельской области (на 17,7%), Кировской области (на 17,3%), Республике Коми (на 15,5%), Псковской области (на 14,6%).
В ряде регионов активизировалась передача ВИЧ-инфекции среди сельских жителей. В 2023 г. показатель числа впервые зарегистрированных случаев среди жителей сельских поселений в сравнении с 2022 г. практически не изменился и составил 35,03 новых случая ВИЧ-инфекции на 100 тыс. соответствующего населения. В ряде регионов среди жителей сельских поселений регистрировалась более высокая заболеваемость, чем среди всего населения, что не характерно для ВИЧ-инфекции (табл. 1). А число новых случаев ВИЧ-инфекции зарегистрированных среди детей, проживающих в сельской местности, по отношению к соответствующей численности населения (1,96 на 100 тыс. населения) было в 2023 г. выше среднего показателя для детей (1,79 на 100 тыс. населения соответствующего возраста).
77,6% инфицированных ВИЧ, впервые выявленных в 2023 г., при опросе о главном факторе риска заражения сообщали только о гетеросексуальных контактах. О внутривенном употреблении наркотиков сообщили 17,7% впервые выявленных инфицированных ВИЧ, о гомосексуальных контактах с мужчинами – 3,7%. Историческая динамика соотношения главных факторов риска приведена на рис. 2 (см. на вклейке).
По данным ведомственной формы мониторинга Роспотребнадзора в 2023 г. на диспансерном наблюдении состояло 855 142 пациента с ВИЧ, большинство из которых (755 108) получали антиретровирусную терапию (АРТ). Охват АРТ составил 88,3% среди больных диспансерной группы и 61,3% от общего числа зарегистрированных ЛЖВ. Из числа получавших терапию в 2023 г. прервали ее 42 663 больных, при этом значительная часть (41,1%) по причине смерти. Лишь у 77,2% (582 809) больных, получающих терапию, был достигнут необходимый уровень снижения контагиозности (подавлена вирусная нагрузка). По отношению к общему числу зарегистрированных ЛЖВ, этот показатель был менее 50%.
Обсуждение
Определенную сложность в оценке эпидемической ситуации представляют различия в годовых и кумулятивных данных разных статистических форм, поступающих из регионов России, заполняемых в соответствии с утвержденными в разное время нормативными документами и инструкциями по заполнению. Очевидны существенные различия в данных о количестве ВИЧ-позитивных результатов по статистической форме №4 (82 180), ведомственной формы мониторинга Роспотребнадзора «Сведения о мероприятиях по профилактике ВИЧ-инфекции, гепатитов В и С, выявлению и лечению больных ВИЧ» (66 146) и статистической форме № 2 (58 740).
Число выявленных положительных результатов в форме №4 заведомо превышало число новых случаев ВИЧ-инфекции, так как в это число входили результаты тестирования неинфицированных ВИЧ детей, рожденных от инфицированных ВИЧ матерей, антитела у которых могут выявляться до 18 месяцев (в 2023 г. обследовано 58 897, у 2 452 выявлены позитивные результаты). При этом в 2023 г. родилось 10 343 таких детей и у 96 из них подтверждена ВИЧ-инфекция согласно данным формы мониторинга Роспотребнадзора «Сведения о мероприятиях по профилактике ВИЧ-инфекции, гепатитов В и С, выявлению и лечению больных ВИЧ». Кроме того, в форме № 4 учитывались результаты обследования лиц БОМЖ; лиц, находящихся в местах лишения свободы; лиц, проживающих на территориях, курируемых ФМБА России, иностранных граждан, а также случаи посмертной регистрации заболевания. Завышение могли дать также результаты тестирования одних и тех же граждан, полученные в течение года в разных регионах страны. Иногда могли дублироваться результаты обследования лиц, изменивших фамилию или другие персональные данные, это выяснялось при оценке числа ЛЖВ по персонифицированным данным.
Для оценки эпидемической ситуации имеет значение существование ВИЧ-позитивных лиц, обследованных с положительным результатом анонимно, что подразумевает, что какое-то количество ЛЖВ не идентифицируется и не учитывается в официальной статистике. Однако точное их число подсчитать оказалось трудно из-за того, что во многих случаях ЛЖВ с уже установленным диагнозом ВИЧ-инфекции обследуются анонимно и неоднократно и часто в разных городах только для того, чтобы убедиться в достоверности предшествующих результатов. Тем не менее с учетом 182 058 тестов, проведенных в 2023 г. анонимно, некоторые ЛЖВ могли быть диагностированы впервые. Нельзя исключить также, что многие из них позднее встали на диспансерный учет, так как в этом случае они могут рассчитывать на бесплатное лечение, а в случае сохранения анонимности вынуждены были бы сами оплачивать лечение.
Форма мониторинга «Сведения о мероприятиях по профилактике ВИЧ-инфекции, гепатитов В и С, выявлению и лечению больных ВИЧ», присылаемая регионами, может включать дублирующие данные об обнаруженных ВИЧ-позитивных жителях других регионов, а также о ВИЧ-позитивных лицах, находящихся в местах лишения свободы, которые формально не относятся к постоянным жителям регионов.
Напротив, персонифицированные данные могут давать занижение числа впервые диагностированных случаев, так как часть инфицированных ВИЧ, впервые выявленных в 2023 г., не обратились за медицинской помощью по ВИЧ по крайней мере в этом году и не были включены в итоговое число новых случаев.
Начиная с 2018 г. число впервые официально зарегистрированных случаев ВИЧ-инфекции в России снижалось, но последние 4 года новые случаи ВИЧ-инфекции ежегодно выявляются примерно в одинаковом количестве; небольшое уменьшение, отмеченное в 2023 г., пока еще преждевременно считать началом тенденции к снижению (рис. 1, 3).
В большинстве регионов страны, где показатель заболеваемости превысил средний уровень (табл. 2), уже давно сформировался резервуар ВИЧ-инфекции, связанный с массовым заражением при внутривенном употреблении наркотиков еще в самом начале ХХI века, поэтому обнаружение большого числа новых ЛЖВ в этих регионах было предсказуемо. Тем не менее в большинстве этих регионов число новых зарегистрированных случаев снизилось по сравнению со средним показателем предыдущих лет, что может свидетельствовать о некотором снижении темпов развития эпидемического процесса.
К числу привлекающих внимание негативных наблюдений в 2023 г. следует отнести увеличение числа новых случаев ВИЧ-инфекции в регионах, ранее не рассматриваемых как неблагополучные (Республики Калмыкия, Тыва, Камчатский край, Чукотский и Ямало-Ненецкий АО, Чеченская Республика, Республики Марий Эл, Карелия, Коми и др.). Заметное увеличение числа впервые регистрируемых случаев в столь отдаленных друг от друга районах, сильно отличающихся и по экономике, и по национальным традициям, может свидетельствовать о расширении ареала распространения ВИЧ. С другой стороны, выявление большего числа ЛЖВ в отдаленных от центра страны регионах и среди сельского населения могло быть связано с общим увеличением количества исследований на маркеры ВИЧ, что повлекло за собой вовлечение в обследование ранее никогда не обследовавшихся групп населения.
Сравнение динамики числа проведенных обследований на ВИЧ-инфекцию и числа впервые зарегистрированных случаев, приведенное на рис. 3, показывает, что количество впервые диагностированных случаев ВИЧ-инфекции до 2015 г. прямо зависело от общего количества выполненных исследований, однако в последующий период зависимость стала напоминать обратную: исследований делалось все больше, а число и процент впервые выявленных ВИЧ-позитивных от числа обследованных уменьшались. Объяснить такие изменения хотелось бы тем, что число ранее не зарегистрированных ВИЧ-позитивных лиц среди населения постепенно уменьшается, а впервые выявленные ВИЧ-позитивные переходили в категорию уже известных ЛЖВ, которые в следующем году как новые не учитываются.
Но, с другой стороны, объяснить этот феномен можно и тем, что прирост числа обследований идет за счет недифференцированных групп населения, в которых вероятность обнаружения ЛЖВ заведомо низка, таких как «обследованные при обращении за медицинской помощью» и «прочие», в то время как число обследований представителей уязвимых для ВИЧ контингентов снижается, что может приводить к снижению числа выявленных случаев. На рис. 4 видно, что доля выявленных ЛЖВ среди представителей уязвимых контингентов [потребители наркотиков; мужчины, имеющие секс с мужчинами (МСМ); работники коммерческого секса (КСР); больные ИППП; лица, находящиеся в местах лишения свободы, лица, выявленные при эпидрасследовании] изменялась пропорционально доле обследованных представителей этих контингентов относительно всех обследованных: росла при увеличении этой доли в 1996–2001 гг. и затем постепенно снижалась вплоть до самой малой в 2023 г.
Для уточнения того, какие группы населения наиболее связаны с выявлением новых случаев заражения, обратимся к табл. 2, где приводятся абсолютные и относительные показатели по результатам обследования разных групп населения в 2023 г. Привлекают внимание результаты обследования доноров – в этой группе вероятность выявления ВИЧ-позитивных была минимальной (0,01%), в 17 раз ниже показателя для всего населения (0,17%), что может быть обусловлено предварительной селекцией годных к донорству граждан. Поскольку эти цифры отражают число донаций крови, при каждой из которых она обследовалась, а не количество доноров, они дают нам очень мало информации об эпидемическом процессе.
Процент выявленных ВИЧ-позитивных среди обследованных беременных также был сравнительно низок (0,07%), что может быть связано с завышением числа обследований, обусловленным несколькими повторными обследованиями одной женщины (при постановке на учет по беременности, на поздних сроках, а в некоторых случаях и при поступлении на роды). По данному коду не обследовались женщины, уже состоящие на учете как ВИЧ-позитивные, и это указывает на то, что выявленные в этой группе ВИЧ-позитивные женщины ранее не были обследованы или вероятно заразились недавно, что свидетельствует о гетеросексуальной передаче ВИЧ в 2022–2023 гг.
Доля выявленных инфицированных среди обследованных половых партнеров беременных (0,11%) оказалась выше, чем среди самих беременных, что соответствует нашим представлениям о высокой пораженности ВИЧ мужчин сексуально активного возраста, и позволяет расценивать обследование этой группы как важное противоэпидемическое мероприятие, которое, возможно, снизило число инфицированных ВИЧ беременных. Само по себе выявление ВИЧ-позитивных половых партнеров беременных несомненно свидетельствует об имеющемся реальном риске передачи ВИЧ гетеросексуальным путем.
Вероятность обнаружения ЛЖВ среди обследованных при обращении за медицинской помощью была невысока (0,16%), ниже, чем средняя по всему обследованному населению (0,17%), так как в этой группе априори должно быть много людей с низким риском заражения, в том числе лиц старшего возраста, которые чаще других обращаются в медицинские учреждения; не исключены и повторные обследования одних и тех же лиц. Когда же обследовались больные с симптоматикой, напоминающей ВИЧ-инфекцию, то вероятность выявления ВИЧ-позитивных увеличивалась по сравнению с обследованными при обращении за медицинской помощью в 2 раза – до 0,33%. Это показывает, что среди обследованных есть больные с клиническим формами ВИЧ-инфекции. Это могут быть как недавно заразившиеся ЛЖВ с клиникой острой ВИЧ-инфекции, так и больные с поздними стадиями заболевания, ранее не обследованные на ВИЧ.
Еще реже, чем среди обращающихся за медицинской помощью, ВИЧ-позитивные лица обнаруживались в группе так называемых «прочих» (0,15%). Тем не менее, в связи с огромным количеством обследований обратившихся за медицинской помощью и «прочих», именно обследование в этих группах выявило наибольшее количество ВИЧ-позитивных: 63,5% (52 183) от всех впервые диагностированных за год случаев. Если не принимать во внимание высокую стоимость этого мероприятия, то такое «сплошное» обследование выявило много потенциальных источников ВИЧ, на которые можно было направить противоэпидемические мероприятия, не говоря уже о назначении АРТ.
Прямых данных об эпидемическом процессе обследование этой группы не дает, однако в предыдущем 2022 г. в этой группе было выявлено несколько меньше ВИЧ-позитивных, 60,5% (49 400), что не свидетельствует о затухании эпидемического процесса. Тестирование малодифференцированных групп населения могло выявлять много ЛЖВ из числа гетеросексуальных лиц, не относящихся к группам повышенного риска заражения, чем было обусловлен и большой процент заразившихся гетеросексуальным путем среди опрошенных, однако в обследование по этим категориям могли попадать и представители уязвимых групп.
Среди лиц, обследованных в связи с обнаружением у них ИППП, т. е. заведомо имевших в 2023 г. риск заразиться половым путем, инфицированы были 0,43%, что указывает на связь случаев ВИЧ в этой группе с половым путем передачи как при гетеросексуальных, так и при гомосексуальных контактах, но в эту группу могли попасть и лица, заразившиеся при внутривенном употреблении наркотиков.
Ожидаемо высоким оказался уровень выявления ВИЧ-инфекции среди лиц, поступивших в течение 2023 г. в места лишения свободы (1,25%). Это объясняется тем, что в эти места с большой вероятностью попадают зараженные ВИЧ наркозависимые, совершившие преступления, связанные с распространением наркотиков, и лица, оказывающие сексуальные услуги, поскольку этот вид бизнеса криминализирован и поэтому сопряжен с разного рода нарушениями закона, в том числе связанными с наркотиками. Результаты тестирования лиц, поступающих в местах лишения свободы, указывают на повышенную распространенность ВИЧ среди этого контингента (в 7,5 раза выше, чем в среднем среди россиян), но не могут подтвердить современную активность эпидемического процесса.
Прицельное обследование представителей уязвимых групп: лиц, потребляющих наркотики внутривенно, оказывающих сексуальные услуги и МСМ, ожидаемо выявляло значительно больший процент впервые выявленных инфицированных, чем в недифференцированных по факторам риска группам: среди наркопотребителей – 0,93%, среди КСР – 0,90%, а среди МСМ наибольший процент среди всех обследованных групп – 20,81% .
Медики регулярно обследуют на ВИЧ-инфекцию наркопотребителей, обращающихся за лечением зависимости, при этом ранее диагностированные случаи не учитываются, поэтому высокий показатель выявляемости ВИЧ-инфекции в этой группе говорит о том, что эпидемический процесс, связанный с использованием наркотиков, продолжается.
Неясно, как были идентифицированы лица, оказывающие сексуальные услуги, поскольку деятельность является незаконной; вероятно, обследовались лица, подвергнутые административному наказанию по данной статье или клиенты целевых профилактических программ. Представители этой группы могли заразиться и половым путем, и при употреблении наркотиков, поэтому наличие ЛЖВ в этой группе не явилось неожиданностью.
Что касается МСМ, то такое половое поведение современным российским обществом не приветствуется, поэтому они имеют основания не сообщать об этом риске заражения ВИЧ. Количество обследованных, относящихся к этой группе, было невелико, но с учетом сообщенных данных о риске заражения (см. рис. 2) сомнений в том, что ВИЧ-инфекция очень активно передавалась в этой группе, нет.
При распределении ВИЧ-инфицированных по предполагаемым путям передачи ВИЧ, преимущественно определяемым по основному фактору риска заражения, который сообщается впервые выявленными пациентами (см. рис. 3), следует учитывать, что достоверность сообщений ограничивается тем, что потребители наркотиков и мужчины, имеющие гомосексуальные отношения, могут скрывать эти факторы риска. Кроме того, опрашивают о факторах риска заражения только тех ЛЖВ, которые обратились за медицинской помощью, а потребители наркотиков с большей вероятностью относятся к тем, кто за этой помощью не обращается, из этого можно сделать заключение, что передача ВИЧ, связанная с внутривенным употреблением наркотиков, играет более важную роль.
Интересно, что по данным Государственного антинаркотического комитета процент ВИЧ-позитивных среди этой группы увеличился с 27,1 в 2021 г. до 28,9 в 2022 г. что также свидетельствует об активности передачи ВИЧ в этой группе1. Заслуживает внимания и то, что удельный вес потребляющих психоактивные вещества внутривенно снижается, как и потребление опиатов, при одновременном росте потребления психостимуляторов, которые могут играть роль в повышении уровня передачи ВИЧ половым путем.
Что касается большого числа опрошенных, указавших на гетеросексуальные связи как на единственный фактор риска заражения ВИЧ, то этот высокий показатель может быть обусловлен тем, что массово обследуются недифференцированные группы населения, благодаря чему вероятность выявления ВИЧ-инфекции у гетеросексуалов с относительно низким риском заражения возрастала.
Обследование наркопотребителей, состоящих на учете, проводится регулярно, ранее зарегистрированные ЛЖВ не обследуются или не учитываются повторно, поэтому имеющиеся данные несомненно указывают на продолжающуюся передачу ВИЧ среди наркопотребителей. Если число лиц, поступивших в учреждения системы исполнения наказаний, точно известно, то разбросы в оценке общего числа людей, потребляющих психоактивные вещества, КСР и МСМ весьма существенны, имеются и большие региональные различия, но по самым скромным подсчетам представителей каждой из этих групп проживает в России не менее 1 млн. Можно предполагать, что среди представителей уязвимых контингентов, не прошедших обследование на ВИЧ в 2023 г., число впервые инфицированных ВИЧ может быть большим. Высокий процент среди лиц, обнаруженных при проведении эпидемического расследования (4,62%), т. е. заведомо имевших риск заражения ВИЧ, подтверждает это предположение.
В нашей предыдущей публикации [5] было показано, что у 44,8% впервые выявленных в 2021 г. пациентов с ВИЧ, уровень CD4+-лимфоцитов превышал 500 клеток/мкл, а у 31,5%, был ниже 350 клеток/ мкл, что говорит о том, что не менее трети ЛЖВ выявляли в ранней стадии болезни, т. е. они заразились сравнительно недавно. Хотя высокий уровень CD4+-лимфоцитов может сохраняться несколько лет после заражения, эти данные косвенно свидетельствует об активности эпидемического процесса.
Показателем, сильно влияющим на снижение уровня передачи ВИЧ, является доля ЛЖВ, у которых, благодаря применению АРТ, была достигнута неопределяемая вирусная нагрузка, при котором ВИЧ не передается. Однако этот процент в 2022 г. был недостаточно высок, для того чтобы значительно сдерживать передачу ВИЧ, при этом нет данных, что ситуация существенно изменилась в 2023 г., если получали эффективную терапию лишь около половины ЛЖВ [5, 6]. С учетом пока не зарегистрированных случаев, можно утверждать: большая часть ЛЖВ при отсутствии подавленной вирусной активности оставались потенциальными источниками ВИЧ-инфекции.
К сожалению, самым важным фактором, обусловливающим активность передачи ВИЧ в России, оставался достигнутый в предыдущие годы уровень пораженности населения ВИЧ-инфекцией. Этот уровень относительно всего населения достигал 0,8%, а для населения в возрасте 15–49 лет, которое часто относят к наиболее пораженной части населения, – 1,4%.
Заключение
Показатель заболеваемости, рассчитываемый на основании числа впервые выявленных случаев в России, сам по себе не отражает тенденции развития эпидемического процесса и заведомо завышен, так как массовое обследование населения выявляет кроме ЛЖВ, заразившихся ВИЧ в текущем году, еще и тех, кто заражался в течение предшествующего десятилетия. Несмотря на то, что массовое обследование населения затрудняет оценку истинной заболеваемости, оно позволяло выявить большое количество ВИЧ-позитивных лиц в относительно ранних стадиях заболевания, которые вряд ли могли быть обследованы на ВИЧ-инфекцию и получили бы лечение до появления клинических признаков заболевания, в то время как в Западной Европе проблема поздней диагностики ВИЧ-инфекции весьма актуальна [2].
Тем не менее имеющиеся данные свидетельствуют, что эпидемический процесс ВИЧ-инфекции в России в 2023 г. оставался активным и поддерживался за счет передачи ВИЧ половым путем как среди гетеросексуального населения, так и среди МСМ. Сохранялось и большое значение передачи ВИЧ при внутривенном употреблении наркотиков. Отмечалось повышение активности передачи ВИЧ в удаленных от центра страны регионах и среди сельского населения, что указывает на необходимость учитывать культурные особенности населения каждого их этих регионов при разработке превентивных и лечебных мероприятий.
Сохраняющаяся активность эпидемического процесса была обусловлена существованием большого резервуара ЛЖВ, потенциальная опасность которого еще пока недостаточно подавлена применением АРП и другими противоэпидемическими мероприятиями. Необходимость дальнейшего увеличения охвата ВИЧ-позитивного населения эффективной АРТ и усиления превентивных и профилактических мероприятий не может вызывать сомнений.
Часть инфицированных ВИЧ, впервые выявленных в текущем году, но не обратившихся за медицинской помощью по ВИЧ, не включается в официальную статистику, что может приводить к таким негативным последствиям, как недооценка опасности распространения ВИЧ-инфекции и более рискованное поведение населения. Это ведет также и к неправильному планированию медицинских затрат, включая недостаточное количество закупаемых АРП и диагностических наборов для контроля за эффективностью лечения, что в свою очередь влияет и на активность передачи ВИЧ.
