ISSN 2226-6976 (Print)
ISSN 2414-9640 (Online)

Орфанные заболевания инфекционного генеза

Шкарин В.В., Ковалишена О.В., Сергеева А.В.

Приволжский исследовательский медицинский университет Минздрава России, Нижний Новгород, Россия
Проанализированы описания редких клинических наблюдений различных заболеваний, опубликованных в периодической медицинской литературе, где в предположительной или доказательной форме представлена этиологическая роль разных инфекций. Предложены критерии орфанной патологии инфекционного генеза. Обоснована роль инфекционной патологии в формировании орфанных заболеваний. Предложено разработать дополнительный список орфанных заболеваний нового формата с представлением его в Минздрав России. Обоснована необходимость разработки учебных образовательных программ для дополнительного обучения врачей различного профиля по данным заболеваниям.

Ключевые слова

орфанные болезни
сочетанные инфекции
комплексная коморбидность

Как известно, орфанные заболеваний (ОЗ) сравнительно редко диагностируются в практической работе. Основным критерием данной патологии является перманентно низкий уровень заболеваемости. По стандартам Евросоюза он не должен превышать 1 случай на 2000 чел. Согласно определению Федерального Закона № 323 от 21.11.2011 «Об охране здоровья граждан» к ОЗ относятся болезни, которые регистрируются на уровне не выше чем 10 на 100 тыс. чел.

По данным Всемирной организации здравоохранения, их насчитывается 7 тыс. наименований, а общее число больных с ОЗ составляет около 5% от всего населения планеты [1, 2].

В нашей стране ОЗ стали уделять внимание в основном последние 15–20 лет благодаря центральным телевизионным каналам, призывающим помочь тому или иному ребенку сбором средств на дорогостоящее лечение.

Перечень ОЗ в России установлен Постановлением Правительства РФ от 26.04.2012 № 403 в количестве 24 наименований. ОЗ из-за низкой заболеваемости и территориальной распространенности создают много сложностей для врачей различных специальностей как на этапе диагностики, так и на этапе лечения. Клинический опыт диагностики редких заболеваний у подавляющего числа врачей ограничен или отсутствует, поэтому на установление правильного диагноза может уйти много времени.

В опубликованных перечнях ОЗ фигурирует их этио­логия и характер патологии (наследственная, аутоиммунная, гематологическая, онкологическая и др.). В то же время отсутствуют случаи, связанные с инфекционной этиологией. Нет и публикаций в периодической медицинской литературе, касающихся проблемы ОЗ с инфекционным «экологизмом». Не сформулировано определение подобных болезней. Возможным вариантом такого определения может быть следующее.

ОЗ инфекционного генеза – это редкие заболевания, связанные с сочетанными инфекциями, формирующими соматическую патологию с прогрессивным тяжелым течением, трудно диагностируемые и угрожающие жизни пациентам.

С учетом этого определения целесообразно рассмотреть включение в ряд орфанных клинических случаев инфекций и, особенно, с комплексной коморбидностью (одновременное сочетание инфекционной и соматической патологии).

Критериями их отбора могут быть:

  • редкость (не более 3 случаев на 100 тыс. населения);
  • программирование клинического течения;
  • в значительном числе случаев летальный исход;
  • отсутствие эпидемического распространения;
  • редкое сочетание инфекций;
  • редкое сочетание инфекций в количественном отношении (наличие четырех и более);
  • редкое сочетание инфекций в видовом таксономическом плане;
  • редкое соотношение возбудителей в экологическом отношении (антропоноз, зооантропоноз, антропоноз/сапроноз);
  • редкие сочетания с учетом разных механизмов путей и факторов передачи;
  • при комплексной коморбидности клинических случаев наличие одного и более патогенов, сформировавших множественную соматическую патологию или являющихся их триггерами.

С учетом данных критериев все изученные публикации о клинических наблюдениях с орфанным статусом были условно разделены на 2 группы:

1. «Именные» орфанные наблюдения, имеющие инфекционную этиологию.

2. Орфанные клинические наблюдения, имеющие в этиологической основе сочетанную инфекционную патологию и комплексную коморбидность.

С учетом ограничений объема статьи нереально дать, пусть даже и обзорную, характеристику каждого клинического наблюдения. Поэтому ряд из них приведен в «телеграфном» стиле (наименование болезни и авторы публикации). При необходимости полный текст статьи легко найти в интернете.

Гигантская кондилома Бушке–Ливенштейна – это аногенитальные (венерические) бородавки, обусловленные вирусом папилломы человека и характеризующиеся появлением экзофитных и эндофитных разрастаний на коже и слизистых оболочках наружных половых органов. Возбудитель заболевания – вирус папилломы человека (Papillomavirus). Будучи гистологически доброкачественной, клинически гигантская кондилома проявляет злокачественные свойства, прорастает в окружающие ткани, отличается высокой вероятностью рецидива, многоэтапностью хирургического лечения с неблагоприятным исходом. В России в 2019 г. были опубликованы описания двух клинических наблюдений гигантской кондиломы Бушке–Ливенштейна в разных географических зонах нашей страны.

Один из них отмечен в Сургуте у пациента 33 лет на приеме в кожно-венерологическом диспансере. При обследовании установлена сочетанная инфекционная патология, вызванная вирусом папилломы человека 6-го типа, вирусом гепатита С, ВИЧ, Candida albicans на фоне наркозависимости. Одновременно диагностирован псориаз и вторичная анемия [3].

Второй случай описан хирургами в г. Иванове у мужчины 26 лет. При обследовании выявлено 7 возбудителей оппортунистических инфекций разных таксономических групп (Toxoplasma gondii, Herpes simplex virus, цитомегаловирус (ЦМВ), Mycoplasma hominis, Chlamydia trachomatis, Pseudomonas aeruginosa, Escherichia coli). Пациент неоднократно был госпитализирован, причем в течение 5 мес. последних госпитализаций был оперирован 5 раз с последующим летальным исходом. В описании, к сожалению, не обозначено влияние сочетанности большого числа оппортунистических инфекций на клиническое течение и исход болезни [4].

Болезнь Экономо. До 1926 г. заболевание носило преимущественно эпидемический характер с последующим резким спадом заболеваемости до спорадических случаев, и в наше время его можно квалифицировать как орфанное.

В остром периоде характеризуется лихорадкой, гиперсомническими нарушениями и глазодвигательными расстройствами, а в хроническом – синдромом паркинсонизма и характерными изменениями личности. При этом основным симптомом, используемым для распознавания этого заболевания, являлось «непреодолимое желание спать в дневное время суток».

Большинство исследователей причиной считают вирус. Источник инфекции – человек. Механизм передачи – аэрогенный. Не исключается вертикальный механизм передачи. Наиболее часто болеют люди молодого возраста (20–40 лет). Полного выздоровления больных, как правило, не отмечалось [5].

Стоит отметить, что за последние десятилетия публикации, посвященные этому заболеванию, встречаются редко. Современные сведения о заболеваемости, диагностике, клинике освещены фрагментарно и требуют дальнейшего изучения и систематизации.

Синдром Гийена–Барре – тяжелое, генерализованное заболевание периферической нервной системы с летальностью от 5 до 33%. Это одно из самых тяжелых генерализованных заболеваний периферической нервной системы. Заболеваемость составляет 1–2 случая на 100 тыс. населения. В этиологии заболевания принимают участие, чаще всего в сочетанной форме, ряд возбудителей инфекций: Campylobacter jejuni, ЦМВ, вирус Эпштейна–Барр (ВЭБ), Mycoplasma pneumoniae. Описаны случаи развития данного заболевания после введения противогриппозной, антирабической, противостолбнячной и противоменингококковой вакцин.

При выявлении у больных сочетанной инфекции (кампилобактериоз, ЦМВ- и ВЭБ-инфекция,) необходима динамическая оценка неврологического статуса больных с целью выявления первых признаков поражения периферической нервной системы и своевременной диагностики возможного развития синдрома Гийена–Барре [6, 7].

Синдром Гудпасчера – редкое заболевание, характеризуется патологическими изменениями в легких (легочный гемосидероз) и почках (гломерулонефрит). Болеют преимущественно мужчины в возрасте 18–35 лет. В мировой литературе описано 280 наблюдений, в российских и белорусских источниках – 21. В этиологии заболевания рассматривают вирусный и вирусно-бактериальный фактор, особенно у генетически предрасположенных лиц. Прогноз неблагоприятный. Летальный исход наступает спустя 8–10 мес. от начала болезни.

В большинстве случаев заболевание развивается внезапно после острой респираторной вирусной инфекции и проявляется симптомами поражения легких с быстро прогрессирующим гломерулонефритом при отсутствии признаков системного васкулита. В связи с редкостью патологии каждый случай этого заболевания представляет значительный теоретический и практический интерес [8, 9].

Токсический эпидермальный некролиз (синдром Лайелла) – это тяжелое заболевание с летальностью более 30%, сопровождается поражением кожи и слизистых оболочек с некрозом и отслойкой эпидермиса (эпителия). Заболеваемость регистрируется на уровне 0,4–1,2 случая на 1 млн чел. В этиологии заболевания рассматривают вирусные и бактериальные инфекции, в том числе у лиц с генетической предрасположенностью, а также вакцинацию (от кори, гриппа и др.). Риск возникновения заболевания возрастает у лиц после 40 лет, а также на фоне ВИЧ-инфекции [10, 11].

Болезнь Кавасаки. Впервые описана T. Kawasaki (Япония) в 1967 г. Единичные случаи регистрируются в России, особенно у детей до 5 лет, как острый системный васкулит. Наиболее серьезные осложнения возникают со стороны сердца и включают острый миокардит с сердечной недостаточностью, аритмии и аневризмы коронарных артерий.

Этиология точно не установлена. Однако большинство исследователей склоняются к мнению о причастности инфекционных агентов. В частности, речь идет о таких возбудителях, как ВЭБ, парвовирус В19, ЦМВ, аденовирус, а также других возбудителях, которые чаще всего формируют комплекс сочетанных патогенов. Группу риска также составляют дети с генетической предрасположенностью, связанной с проблемами в хромосоме 12 (локус 12q24) [12].

Болезнь Бехчета. Согласно федеральным клиническим рекомендациям болезнь Бехчета – это системный васкулит неизвестной этиологии, характеризующийся рецидивами язвенного процесса в ротовой полости и на гениталиях, поражением глаз, суставов, желудочно-кишечного тракта, ЦНС и других органов и имеющий хроническое течение с непредсказуемыми обострениями и ремиссиями. Заболевание распространено преимущественно в странах Средиземноморья, Дальнего и Ближнего Востока. На территории РФ встречается чаще в южных регионах. Чаще болеют молодые мужчины в возрасте 20–40 лет. Хотя этиология болезни и считается неизвестной, среди ведущих причин выделяют комбинации генетических факторов и различных патогенов [13]. Прежде всего имеются ввиду стрептококки (S. sangius, S. fecalis, S. pyogenes), вирус простого герпеса, вирусы гепатитов А, В, С, Е, а также Helicobacter pylori. Таким образом, можно полагать, что патогенетически болезнь Бехчета представляет собой результат повышенной иммунной реакции на бактериальные и вирусные антигены у лиц с генетической предрасположенностью [14].

Болезнь Рейтера – симптомокомплекс, включающий артрит, конъюнктивит, уретрит или цервицит, колит и характерные поражения кожи [15]. Значительно чаще болеют мужчины в возрасте 20–40 лет. В этиологии заболевания играют роль возбудители и урогенитальных инфекций – C. trachomatis, Ureaplasma urealyticum, Neisseria gonorrhoeae; кишечных инфекций – Shigella flexneri и Shigella sonnei, Campylobacter jejuni, различные виды сальмонелл, Yersinia pseudotuberculosis и Yersinia enterocolitica.

Заболевание возникает вследствие полового инфицирования у лиц с генетически детерминированным предрасположением преимущественно у носителей антигена HLA-1327 [16]. В патогенезе и клинических проявлениях в начале заболевания преобладают симптомы инфекционного воспаления. Болезнь Рейтера имеет склонность к рецидивам, частота которых может достигать 30–75% [17].

Лимфома Беркитта – злокачественная лимфома, локализующаяся вне лимфоузлов (верхняя челюсть, почки, яичники). Для нашей страны экзотическое, но вполне реальное редкое заболевание с учетом широчайших туристических, экономических и других связей по всему миру. Возбудитель тропической малярии Plasmodium falciparum в сочетании с ВЭБ является одним из патогенов лимфомы Беркитта в экваториальной Африке. Молекулярное взаимодействие этих двух патогенов обусловливает хромосомные транслокации, приводящие в итоге к комплексу нарушений, способствующих быстрому развитию болезни. Ее злокачественные клетки имеют высокий пролиферативный индекс. Дублирование клеток происходит в течение нескольких часов, а это означает, что размер опухоли может увеличиваться почти в 2 раза за одни сутки [18, 19].

MALT-лимфома (mucosa associated lymphoid tissue) – злокачественная опухоль лимфоидной ткани, чаще поражает желудок. Основной причиной является наличие аутореактивной лимфоидной ткани вследствие аутоиммунного или воспалительного процесса, которое вызывает H. pilori [20, 21].

Болезнь моямоя – редко встречающееся хроническое цереброваскулярное заболевание, характеризующееся постепенно прогрессирующим сужением просвета внутричерепных сегментов внутренних сонных и начальных сегментов передних и средних мозговых артерий с развитием сети мелких сосудистых анастомозов. Нарушение кровоснабжения в названных сосудах вследствие окклюзии приводит к развитию ишемического и геморрагического инсультов в соответствующих бассейнах, обусловливая разнообразные неврологические и зрительные нарушения.

В развитии данного заболевания важную роль отводят сочетанной персистирующей герпесвирусной инфекции в стадии активации вирусов герпеса 6-го и 7-го типов + ВЭБ + парвовируса В19 [22, 23].

Вторая группа ОЗ представлена клиническими случаями сочетанных инфекций, а также случаями комплексной коморбидности, обусловленной в основном многокомпонентной инфекционной патологией, формирующей, в свою очередь, множественную патологию соматического характера и часто заканчивающихся летальным исходом. При этом следует подчеркнуть, что при комплексной коморбидности поражение органов и систем не имеет стереотипов, характеризуясь разными вариантами клинического течения болезни. Все зависит от числа сочетанных инфекций, очередности и времени инфицирования, иммунного статуса пациента, возраста, генетической предрасположенности к той или иной патологии, а также возможных недугов социального порядка (наркозависимость, злоупотребление алкоголем, курение). При этом с большой долей уверенности можно утверждать, что все представленные в статье клинические наблюдения соответствуют основному критерию «орфанности», т.е. их уровень заболеваемости значительно ниже, чаще всего в разы, а также другим признакам, характерным для орфанных случаев инфекционного генеза, указанных выше.

Мультифокальная лейкоэнцефалопатия с множественной сочетанной инфекционной и соматической патологией на фоне наркозависимости. Это тяжелое демиелинизирующее заболевание ЦНС. Возбудителем чаще всего является вирус jс из группы ДНК-содержащих полиомавирусов, который впервые выделен в 1971 г. Реактивация вируса развивается при нарушении клеточного иммунитета, которому способствуют сочетанные инфекции. Этиологическим фактором могут быть и другие патогены, в частности ВИЧ.

В литературе представлены:

  • случай тяжелой сложной, многокомпонентной, прогрессирующей комплексной коморбидности, которую сформировали четыре возбудителя инфекций (вирус jс, ВИЧ, Mycobacterium tuberculosis, Candida) и которые инициировали на фоне наркозависимости 9 соматических патологий у мужчин 29 лет с последующим летальным исходом [24];
  • редкий случай комплексной коморбидности, когда 7 инфекционных заболеваний сформировали у больной (34 года) 11 соматических патологий на фоне наркозависимости, закончившийся летальным исходом [25].

Генерализованный туберкулез (ТБ) и ВИЧ-инфекция в период беременности. Это особенный случай комплексной коморбидности, поскольку он закончился фактически одновременным летальным исходом матери и ребенка. Причем ребенок в возрасте 2,5 мес. погиб от несвоевременно диагностированного генерализованного ТБ.

Авторы описания данного случая полагают, что основная причина, повлекшая за собой всю цепь неблагоприятных событий, – отсутствие сведений о наличии ВИЧ-инфекции. Во время беременности вплоть до момента развития генерализованного ТБ больная была социально благополучна. Однако, зная о ВИЧ-статусе супруга, не сочла нужным обследоваться перед планируемой беременностью [26].

Можно полагать, что наличие сведений о ВИЧ при обращении в женскую консультацию обеспечило бы правильную лечебно-диагностическую тактику в отношении пациентки, а начало антиретровирусной терапии (АРТ) до наступления беременности предотвратило бы развитие генерализованного ТБ, что позволило бы сохранить жизнь и матери, и ребенку.

Сочетанная инфекция, обусловленная ТБ, ВИЧ-инфекцией, пневмоцистозом, кандидозом и полиорганной соматической патологией. Примером подобной сочетанности служит клиническое наблюдение больной 26 лет. При лечении в стационаре противотуберкулезного диспансера у пациентки диагностирована полиорганная патология на фоне ВИЧ и других инфекций. Несмотря на комплексное лечение, наступило резкое ухудшение с летальным исходом. О характере патологии свидетельствует патологоанатомический диагноз: Болезнь, вызванная ВИЧ, с проявлениями множественных инфекций. Вторичные заболевания: Генерализованный ТБ. Инфильтративный ТБ правого легкого. ТБ лимфоузлов грудной полости, брюшной полости и периферических лимфоузлов. ТБ почек и селезенки. Двусторонняя пневмония, вызванная Pneumocystis carinii. Кандидоз ротовой полости и слизистой пищевода. Осложнения: Отек легких. Отек головного мозга. Острое расширение правых отделов сердца. Гепатит. Приведенное наблюдение можно расценить как орфанный случай тяжелой комплексной коморбидности [27].

Редкий, а скорее единственный, случай пневмоцистной пневмонии, развившейся у ребенка 4 мес. на фоне генерализованной врожденной ВИЧ-инфекции. Беременность матери протекала на фоне наркотической и алкогольной зависимости, ВИЧ-инфицирования, хронических вирусных гепатитов В и С, сифилиса. С первых месяцев жизни у ребенка отмечались ОРВИ, эпизод кандидоза, явление бронхиальной обструкции, лимфоденопатии. Несмотря на комплексное лечение, наступил летальный исход [28].

Многокомпонентная сочетанность инфекций (5 ассоциаций) с индуцированием соматической патологии. Редчайшее клиническое наблюдение. Больной, 29 лет, у которого выявлено одновременно 5 инфекций: ВИЧ-инфекция + ТБ + ЦМВ-инфекция + ВЭБ-инфекция + кандидоз на фоне злоупотребления алкоголем и курением. При этом имело место триггерное воздействие двух основных одновременно конкурирующих инфекций (ТБ + ВИЧ), которые сформировали злокачественное новообразование. Несмотря на интенсивное лечение в течение 48 дней, наступил летальный исход. Впечатляет патолого-анатомический диагноз: комбинированное основное заболевание в форме двух конкурирующих. Основное заболевание: В20.0 ВИЧ-инфекция, стадия 4В, фаза прогрессирования в отсутствие АРТ, стадия вторичных проявлений: диссеминированный ТБ легких, фаза распада, M. tuberculosis + манифестная ЦМВ-инфекция (гепатит, полинейрорадикулопатия), кандидозный глоссит.

Конкурирующее заболевание: Злокачественное ново­образование верхней доли правого легкого (мелкоклеточный рак), узловатая форма с метастазами в перибронхиальные и бифуркационные лимфатические узлы с прорастанием капсулы, с массивными метастазами в печень, почки, сердце, селезенку. Осложнения: интоксикация, кахексия (отсутствие подкожной жировой клетчатки, бурая атрофия миокарда); паренхиматозная желтуха, дистрофия паренхиматозных органов [29].

Случай комплексной коморбидности (ВИЧ-инфекция + ТБ + COVID-19 + хронический вирусный гепатит С (ХВГС) + кандидоз) на фоне наркозависимости с формированием множественной соматической патологии [30]. Диагноз сформулирован следующим образом. Основное заболевание: Коронавирусная инфекция (COVID-19). Сопутствующий: ВИЧ-инфекция, генерализованный ТБ. Оральный кандидоз. ХВГС + множественная соматическая патология.

Этот случай демонстрирует течение COVID-19 у больной с 4В стадией ВИЧ-инфекции, с наличием генерализованного ТБ, множественной коморбидностью. Имело место длительное течение коронавирусной инфекции (только через 1 мес. после получения первого положительного результата обследования на COVID-19 у больной развивается пневмония). Форма тяжести коронавирусной инфекции – среднетяжелая при наличии множественной патологии. Установлена возможность длительной персистенции коронавируса в течение более 2 мес. В описании отсутствует исход болезни.

Церебральный токсоплазмоз с множественной сочетанностью инфекционных и соматических заболеваний. Авторами представлено описание 7 клинических наблюдений церебрального токсоплазмоза с тремя летальными исходами. Возраст больных составил 28–34 года. Все эпизоды можно квалифицировать как случаи тяжелой комплексной коморбидности, обусловленной множественной сочетанной патологией инфекционного и соматического генеза. Все наблюдения соответствуют критериям ОЗ [31].

Клинический случай коморбидной патологии: ВИЧ- инфекция + ТБ + ХВГС + ЦМВ-инфекция. Проведено комбинированное лечение в стационаре в течение 3,5 мес. с последующей рекомендацией хирургического лечения. Авторы отмечают рост численности случаев коморбидной патологии, а также то, что в терапии пациентов с коморбидными формами инфекции необходимо учитывать возможность развития гепатотоксических реакций и, как следствие, необходимость назначения в терапии сопровождения препаратов с гепатопротекторным и дезинтоксикационным действием [32].

Многокомпонентный паразитоз. Редчайшее клиническое наблюдение девочки (7 лет), у которой выявлено одновременно 7 возбудителей паразитарной этиологии: токсокароз (висцеральная форма) + описторхоз + лямблиоз + энтеробиоз + аскаридоз + трихоцефаллез + бластоцистоз Т [33]. Девочка несколько раз лечилась в стационаре. Первый раз с дисбактериозом кишечника, второй, через 2 мес., – с диагнозом: острый бронхит, атопический дерматит, выписана на 5-е сутки; третий – через 2 мес. с диффузными изменениями печени и поджелудочной железы. При неоднократном исследовании были выделены вышеприведенные патогены. В течение 2 нед. проведена антипаразитарная терапия с положительным эффектом. Данный пример поучителен для педиатров и врачей других специальностей, поскольку многокомпонентный сочетанный паразитоз протекал под маской соматических заболеваний и сопровождался тяжелыми висцеральными поражениями. К сожалению, при первых двух госпитализациях не был выяснен явно неблагополучный эпидемический анамнез и не было проведено обследование на наличие паразитов.

Множественная сочетанная инфекция. Выявление у пациента 6 возбудителей: вирус гепатита С, Blastocystis spp., Clostridium spp., Candida spp., Klebsiella spp., Staphylococcus aureus [34]. Основным заболеванием, очевидно, следует считать ХГС, остальные можно отнести к сопутствующим. Однако последовательность инфицирования определить практически невозможно. Поражение касается практически всех органов и систем макроорганизма. С точки зрения эколого-эпидемиологической классификации, заболевания, вызванные указанными возбудителями, относятся к разным группам инфекционных болезней человека (антропоноз, зооантропоноз, антропоноз, сапроноз), а их передача может осуществляться посредством разных механизмов, путей и факторов.

Менингоэнцефалит множественной сочетанной инфекционной этиологии (Streptococcus pneumoniae, Hib, ЦМВ, ВЭБ, вирус простого герпеса, метапневмовирус). Редкое множественное сочетание вирусно-бактериальных видов возбудителей у ребенка 2 лет, которое инициировало гнойный менингит с тяжелым течением, осложнениями и сложностями в лечении. Длительность пребывания в стационаре составила 44 дня [35].

Висцеральный лейшманиоз в сочетании с ХГС, ЦМВ- и ВЭБ-инфекцией внутриутробного происхождения. Представлено описание девочки 3 лет в острой фазе развития, тяжелая форма с заключительным клиническим основным диагнозом: Лейшманиоз висцеральный, тяжелая форма (лейшмании в макрофагах внутриклеточно и внеклеточно). Осложнение: инфекционно-токсическая кардиопатия. Гемофагоцитарный и анемический синдром. Сопутствующий диагноз: смешанная герпес-вирусная инфекция (ЦМВ, ВЭБ) внутриутробного происхождения, реактивация, острая фаза. Вторичная иммунная недостаточность фагоцитарного типа [36].

Сам по себе висцеральный лейшманиоз является опасным заболеванием, которое без лечения заканчивается летальным исходом. Распространен в странах Средиземноморского побережья, а также в Крыму, Дагестане, Южном Кавказе.

Бациллярный ангиоматоз в сочетании с ВИЧ-инфекцией и ТБ. Бациллярный ангиоматоз – инфекционное заболевание бартонеллезной этиологии, характеризующееся длительной бактериемией, пролиферативными изменениями сосудов кожи, лимфоузлов, костей и внутренних органов. Пациент, 46 лет, обследован в кожвендиспансере, а затем в онкодиспансере, где выявлены ВИЧ-инфекция и туберкулезный лимфаденит, с последующим переводом в туберкулезный диспансер, где состояние больного прогрессивно ухудшалось, после чего последовала смерть пациента [37].

Инвазивный аспергиллез легких + COVID-19. Авторы впервые в РФ описали 5 случаев COVID-19 с лабораторным подтверждением инвазивного аспергиллеза. Представленные клинические наблюдения имеют большой практический интерес, демонстрируют неспецифичность клинических проявлений, что создает трудность в своевременной диагностике. Два летальных исхода (женщина 68 лет и мужчина 36 лет) [38].

Менингоэнцефалит сочетанной листериозно-псевдотуберкулезной этиологии. Тяжелая форма у больной 16 лет. Подтвержден выделением из ликвора культур Listeria monocytogenes и Y. pseudotuberculosis. В стационаре лечилась 29 дней. В последующем на протяжении 2 мес. сохранялся астено-вегетативный синдром. Авторы отмечают атипичность клинической картины заболевания у детей при сочетанных инфекциях, а также возможность осложненного течения заболевания при поздней диагностике и неадекватной терапии [39].

Менингит, обусловленный сочетанием двух возбудителей (энтеровирус + менингококк). Данный случай демонстрирует возможность одновременного инфицирования вирусным и бактериальным агентом, что происходит весьма редко. В литературе мы не встретили сообщений о менингитах, вызванных ассоциацией возбудителей – энтеровируса и менингококка [40].

Центральный понтинный миелинолиз (ЦПМ). Редко встречающееся тяжелое и трудно диагностируемое заболевание, возникающее в результате демиелинизации центральных отделов моста головного мозга. Причиной повреждения миелина могут быть отек, локальная продукция протеиназ, свободных радикалов и цитокинов, а также вирусные инфекции и, в частности, ВЭБ. Эти данные послужили основанием для предположения, что ЦПМ является мультифакторным заболеванием, основным из которых является инфекционный [41].

Представлено описание тяжелого ЦПМ у пациентки 32 лет на фоне острого панкреатита с длительным периодом постановки диагноза и сложностями в лечении [42]. Подчеркнута необходимость контроля неврологического статуса у пациентов с острым панкреатитом, а также его важность в дифференциальной диагностике острых энцефалитов и ЦПМ.

Аскаридоз + лепра. Уникальным является сочетание аскаридоза с лепрой. Так, в одном из зарубежных исследований аскариды были обнаружены у 12% больных лепрой. Входными воротами для возбудителя лепры является респираторный тракт, хотя органами-мишенями служат ЦНС и покровные ткани. Авторы полагают, что аскаридоз влияет на восприимчивость к микобактериям и на течение микобактериальных инфекций [43].

Криптококкоз + лепра. Редчайшими являются сочетания легочного криптококкоза с лепрой в ряде стран (Австралия, Бразилия, Таиланд, Япония). Криптококкоз представляет собой сапронозный микоз и характеризуется поражением кожи, слизистых оболочек рта и носа, а также ЦНС. Для России является абсолютно ОЗ [44].

Редкое сочетание парвовирусной В19 и микоплазменной инфекции. Группой авторов представлено описание генерализованного эритематозно-уртикарного дерматита и поражения респираторного тракта как проявления сочетанной парвовирусной В19 и микоплазменной инфекции у ребенка 2 лет [45]. Обращено внимание на то, что сочетание двух инфекций приводит к более тяжелому течению заболевания, требует больше времени на обследование пациентов и установку диагноза, а значит, обусловливает более позднее начало лечения. В данном случае рекомендовано уделять особое внимание бактерии Mycoplasma pneumoniae, поскольку этот возбудитель является «мультиорганным и мультисистемным» патогеном. Поскольку сочетанная инфекционная патология угрожает жизни пациентов, авторы призывают обратить внимание врачей разных специальностей – педиатров, инфекционистов, терапевтов, микробиологов и, особенно, клинических генетиков – на выявление индивидуальных генетически обусловленных предикторов, т.е. в лечении таких пациентов использовать персонализированный подход, который основан на выявлении и учете индивидуальных особенностей – генетических, эпигенетических, транскриптомных, протеомных, метаболомных и метагеномных маркеров.

Анизокидоз в сочетании с бластоцистозом. Редчайший случай, возможно, единственный в России [46]. Бластоцистоз обычно рассматривается как экзотическая протозойная инфекция, связанная с пребыванием пациентов в тропических и субтропических странах, а анизокидоз связан с употреблением в пищу сырой морской рыбы – чаще всего в Японии. В представленном наблюдении у пациентки 46 лет в Токио диагностирован анизокидоз, а затем в Москве выявлена бластоцидная инвазия с благоприятным исходом.

ВИЧ-инфекция + церебральный токсоплазмоз + ЦМВ-инфекция (особый клинический случай) [47]. Редкий случай, который был выявлен на приеме у гинеколога. Вставая после осмотра с гинекологического кресла, пациентка почувствовала онемение правой ноги и «чуть не потеряла сознание». Была заподозрена патология ЦНС. Направлена на обследование в стационар, где провела 2 мес. с диагнозом: «ВИЧ-инфекция, стадия 4В, фаза прогрессирования без АРТ: токсоплазмоз головного мозга, ВИЧ-энцефалит, манифестная ЦМВ-инфекция с поражением легких».

Последующие описания в литературе клинических наблюдений, соответствующих статусу «орфанности», приводятся только по наименованию сочетанности инфекций с указанием авторов без особенностей их клинического течения.

  • Лептоспироз + острая дизентерия Зонне [48].
  • Менингоэнцефалит, обусловленный ветряной оспой, + COVID-19 [49].
  • Случай нетипичного течения с летальным исходом туберкулезного менингита + ВИЧ-инфекция [50].
  • Субтоксическая дифтерия ротоглотки + острая ЦМВ-инфекция + ВЭБ-инфекция [51].
  • Коклюш + хламидийная инфекция одновременно у брата и сестры (5 и 10 лет) [52].
  • Мононуклеоз + ветряная оспа, тяжелая форма с редким сочетанием данных инфекций, больной 17 лет [53].
  • Эпидемический паротит на фоне реактивации ВЭБ-инфекции у мужчины 20 лет [54].
  • Пневмоцистная пневмония у больных ВИЧ-инфекцией на фоне COVID-19, два схожих клинических наблюдения мужчин молодого возраста (35 и 38 лет). Оба закончились летальным исходом [55].
  • Сифилис + инфекционный мононуклеоз + ЦМВ-инфекция+ герпетическая инфекция [56].
  • Токсокароз + клонорхоз + аскаридоз [57].
  • Токсокароз + эхинококкоз + аскаридоз [57].
  • Клещевой энцефалит + иксодовый клещевой боррелиоз + клещевой риккетсиоз + моноцитарный эрлихиоз человека + гранулоцитарный анаплазмоз человека [58].
  • Иксодовый клещевой боррелиоз + гранулоцитарный анаплазмоз человека + моноцитарный эрлихиоз человека + бабезиоз [59].
  • Острый токсоплазмоз + ХГС + + ЦМВ-инфекция + ВЭБ-инфекция [60].
  • Случай сочетанной инфекции: Ascaris lumbricoides + Enterobius vermicularis + S. aureus + Candida spp. + Proteus spp. [61].

Итак, представленные случаи сочетанной инфекционной патологии орфанного характера отражают только часть истинной заболеваемости. Безусловно, их в разы больше. Об уровне заболеваемости этой группы болезней и их распространенности в масштабах нашей страны пока можно судить лишь по публикациям в периодической медицинской литературе, а описание этих случаев с последующей публикацией дело весьма хлопотное. Да и «докопаться» до истинного диагноза удается не всем врачам ввиду слабой лабораторной базы лечебных учреждений «малых» городов и центральных районных больниц. К тому же значительное число врачей практического звена даже не знают наименований и структуру этих заболеваний, поскольку в учебных программах медицинских вузов не предусмотрено время для изучения этой патологии.

Тем не менее анализ изученных клинических наблюдение позволяет отметить, что у значительного числа пациентов количество сочетанных инфекционных и соматических болезней достигает «космических» значений (до 15 и более), заканчивающихся в большинстве своем летальным исходом. Большинство их можно квалифицировать как ОЗ. Одновременное патогенное действие 4–7 возбудителей в организме человека пока не изучено. Как правило, неизвестен и механизм их взаимодействия. Разные этиологические агенты проявляют свое патогенное действие в одном организме фактически одновременно, но с разными точками приложения на организменном, клеточном, субклеточном и молекулярном уровнях.

Сочетанные инфекционные и соматические болезни отсутствуют как в классификации заболеваний, так и в системе государственной регистрации и учета, вследствие чего отсутствует и объективная оценка комплексной коморбидности патологии в целом, в том числе и тяжелой орфанной патологии.

Сформулированные нами критерии орфанной патологии инфекционного генеза позволяют разработать дополнительный список ОЗ нового формата для обсуждения и утверждения в Минздраве России и последующего дополнительного финансирования по диагностике и лечению на региональном уровне согласно существующему законодательству.

И последнее. Надеемся, что публикация данной статьи привлечет внимание организаторов здравоохранения, а также врачей всех профилей, особенно самых больших тружеников врачебного сообщества – врачей первичного звена здравоохранения.

Список литературы

1. Ягудина Р.И., Королева Н.И. Редкие заболевания и орфанные. Лекарственные средства. М.: МИА, 2015. 773 с.

Yagudina R.I., Koroleva N.I.

2. Шашель В.А., Фирсова В.Н., Трубилина М.М., Подпорина Л.А., Фирсов Н.А. Орфанные заболевания и связанные с ними проблемы. Медицинский вестник Юга России. 2021; 12(2): 28–35. DOI: 10.21886/2219-8075-2021-12-2-28-35

Shashel V.A., Firsova V.N., Trubilina M.M., Podporina L.A., Firsov N.A.

3. Горшкова А.В., Улитина И.В., Ефанова Е.Н., Крамарь М.В., Павлова Е.В. Гигантская кондилома Бушке–Левенштейна, развившаяся у пациента с ВИЧ-инфекцией, вирусным гепатитом С и псориазом. Инфекционные болезни 2019; 17(1): 148–52. DOI: 10.20953/1729-9225-2019-1-148-152

Gorshkova A.V., Ulitina I.V., Efanova E.N., Kramar M.V., Pavlova E.V.

4. Колбашова Ю.Н., Афанасьев Д.В., Философов С.Ю., Бурцев В.В. Гигантская кондилома Бушке–Левенштейна (клиническое наблюдение). Тазовая хирургия и онкология 2019; 9(3): 54–8. DOI: 10.17650/2686-9594-2019-9-3-54-58

Kolbashova Yu.N., Afanasyev D.V., Filosofov S.Yu., Burtsev V.V.

5. Кобозова К.А., Курасов Е.С., Болотокова О.В. Клинические раритеты: случай подкорково-летаргического энцефалита Экономо. Вестник Национального медико-хирургического центра им. Н.И. Пирогова 2014; 9(2): 127–31. DOI: 616.831-002:616.8-009.836.1

Kobozova K.A., Kurasov E.S., Bolotokova O.V.

6. Тимченко О.Л., Ющук Н.Д. Протеомные методы исследования в диагностике синдрома Гийена–Барре, ассоциированного с инфекционным процессом. Инфекционные болезни: Новости. Мнения. Обучение 2015; (2): 56–63.

Timchenko O.L., Yushchuk N.D.

7. Tishler M.,Shoenfeld Y. Vaccination may be associated with autoimmune diseases. Isr. Med. Assoc. J. (IMAJ) 2004; 6(7): 430–2.

8. Мостовой Ю.М., Демчук А.В. Синдром Гудпасчера. Здоров҆я Украiни 2008; 3(1): 56–7.

Mostovoy Yu.M., Demchuk A.V.

9. Шалыга И.Ф., Мартемьянова Л.А., Конопляник О.В. Синдром Гудпасчера (случай из клинической практики). Проблемы здоровья и экологии 2012; (1): 150–4. DOI: 10.51523/2708-6011.2012-9-1-30

Shaliga I.F., Martemianova L.A., Kanaplianik O.V.

10. Куделка Е.Н., Шахманов Д.М., Соболев А.Ф., Раводин Р.А., Чаплыгин А.В., Гусаров М.В. и др. Токсический эпидермальный некролиз (синдром Лайелла). Журнал инфектологии 2017; 9(4): 144–52. DOI: 10.22625/2072-6732-2017-9-4-144-152

Kudelka Kudelka E.N., Shakhmanov D.M., Sobolev A.F., Ravodin R.A., Chaplygin A.V., Gusarov M.V. et al.

11. Valeyrie-Allanore L., Roujeau J.-C. Epidermal necrolysis (Stevens-Johnson Syndrome and Toxic Epidermal Necrolysis). In: Wolff K., Goldsmith L., Katz S., Gilchrest B., Paller A.S., Leffell D. Fitzpatrick’s dermatology in general medicine. 7th ed. New York: МсGraw-Hill, 2008: 49–355.

12. Лыскина Г.А., Ширинская О.Г. Клиническая картина, диагностика и лечение синдрома Кавасаки: известные факты и нерешенные проблемы. Вопросы современной педиатрии 2013; 12(1): 63–73. DOI: 10.15690/vsp.v12i1.559

Lyskina G.А., Shirinskaya O.G.

13. Barnes С. Treatment of behcet’s syndrome. Rheumatology 2006; 45: 245–7. DOI: 10.1093/rheumatology/kei257

14. Буряк И.С., Мучаидзер Р.Д., Тыренко В.В., Данцев В.В., Волков К.Ю., Цыган Е.Н. и др. Болезнь Бехчета: клинические аспекты, диагностика,опыт применения ГИБТ с развитием туберкулеза органов дыхания у военнослужащего по контракту на фоне проводимой терапии. Медицинский альянс 2016; (2): 12–9. (In Russ.).

Buryak I.S., Muchaidzer R.D., Tyrenko V.V., Dantsev V.V., Volkov K.Yu., Tsygan E.N. et al.

15. Денисов И.Н., Шевченко Ю.Л. (ред.) Справочник-путеводитель практикующего врача. 2000 болезней от А до Я. 2-е изд. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2010. 1328 с.

Denisova I.N., Shevchenko Yu.L. (eds.).

16. Федотов В.П. Болезнь Рейтера (история, этиология, эпидемиология, патогенез, клиника и течение, поражение кожи, глаз, опорно-двигательного аппарата и других органов). Клиническая лекция. Дерматовенерология. Косметология. Сексопатология 2016; (1): 82–107.

Fedotov V.P.

17. Мавров Г.И. Хламидийные инфекции, Киев: Институт дерматологии и венерологии АМН Украины, 2006. 522 с.

Mavrov G.I.

18. Гринев А.Б. Сочетанная инфекция: тропическая малярия и лимфома Беркитта. Медицинская паразитология и паразитарные болезни 2012; (2): 47–9.

Grinev A.B.

19. Chene A., Donati D., Guerreiro-Cacais A.O. Levitsky V., Chen O., Falk K.Orem J. et al. A molecular link between malaria and Epstein–Barr virus reactivation. PLoS Pathog. 2007; 3(6): e80. doi: 10.1371/journal.ppat. 0030080

20. Скворцова Е.С., Бородулина Е.А., Осадчук А.М. Инфильтративный туберкулез легких, язвенная болезнь желудка и ВИЧ-инфекция (коморбидность и мультиморбидность заболеваний). Туберкулез и болезни легких 2016; 94(12): 62–6. DOI: 10.21292/2075-1230-2016-94-12-62-66

Skvortsova E.S., Borodulina E.A., Osadchuk A.M.

21. Zucca E., Dreyling M. Gastric marginal zone lymphoma of MALT type: ESMO Clinical Practice Guidelines for diagnosis, treatment and follow-up. Ann. Oncol. 2010; Suppl. 5: 175–6. DOI: 10.1093/annonc/mdq182.

22. Самитова Э.Р., Мазанкова Л.Н., Мосин И.М., Османов И.М., Зыков В.П., Ахадов Т.А. и др. Болезнь моямоя в практике детского врача-инфекциониста. Рос. вестник перинатол. и педиатр. 2017; 62(2): 78–83. DOI: 10.21508/1027–4065–2017–62–2–78–83

Samitova E.R., Mazankova L.N., Mosin I.M., Osmanov I.M., Zykov V.P., Akhadov T.A. et al.

23. Scott R. M., Smith E. R. Moyamoya disease and moyamoya syndrome.. N Engl. J. Med. 2009; 360(12): 1226–37. DOI:1 0.1056/NEJMra0804622

24. Проскура Л.В. Случай развития прогрессирующей мультифокальной лейкоэнцефалопатии (ПМЛ) у больного с сочетанной патологией ВИЧ и туберкулез. Наука и здравоохранение 2013; (1): 71–73.

Proskura L.V.

25. Бабаева И.Ю., Авдеева М.Г., Шевченко Н.П., Кулагин В.В., Чумаченко Г.В., Адамчик Н.Ю. Случай смерти от цирроза печени больной с ВИЧ-инфекцией и инфильтративным туберкулезом легких. Эпидемиол. и инфекц. бол. 2015; 18(1): 49–54. DOI: 10.17816/EID40736

Babaeva I.Y., Avdeeva M.G., Shevchenko N.P., Kulagin V.V., Chumachenko G.V., Adamchuk N.Y.

26. Викторова И.Б., Беляева И.Т., Зимина В.Н. Случай генерализованного туберкулеза у ВИЧ-инфицированной женщины во время беременности. Эпидемиол. инфекц. болезни. Актуал. вопр. 2017; (4): 50–7.

Viktorova I.B., Belyaeva I.T., Zimina V.N.

27. Михайловский А.М. Наблюдения пневмоцистоза у больных сочетанной патологией туберкулеза и ВИЧ-инфекции по данным патоморфологических исследований. Вестник Оренбургского государственного университета 2013; 12(161): 154–8.

Mikhailovsky A.M.

28. Карев В.Е., Скрипченко Н.В., Вахнина А.В. Случай летального исхода у ребенка с ВИЧ-инфекцией и пневмоцистной пневмонией. Журнал инфектологии 2013; 5(2): 103–8. DOI: 10.22625/2072-6732-2013-5-2-103-108

Karev V.E., Skripchenko N.V., Vakhnina A.V.

29. Бабаева И.Ю., Авдеева М.Г., Чумаченко Г.В., Понкина О.Н., Пикалин С.А. Проблема сочетания инфекционной и онкологической патологии легких при ВИЧ-инфекции: литературный обзор и описание клинического случая. Эпидемиол. и инфекц. бол. 2017; 22(3): 162–8. DOI: 10.17816/EID40997

Babaeva I.Yu., Avdeeva M.G., Chumachenko G.V., Ponkina O.N., Pikalin S.A.

30. Степанова Е.В., Леонова О.Н., Шеломов А.С., Виноградова Т.Н. Новая коронавирусная инфекция (COVID-19) у больных с ВИЧ-инфекцией. Журнал инфектологии 2021; 13(2): 61–9. DOI: 10.22625/2072-6732-2021-13-2-61-69

Stepanova E.V., Leonova O.N., Shelomov A.S., Vinogradova T.N.

31. Ермак Т.Н., Перегудова А.Б. Многоликий портрет токсоплазмоза при ВИЧ-инфекции. Инфекционные болезни 2014; 12(1): 87–92.

Ermak T.N., Peregudova A.B.

32. Коломиец В.М., Польшикова Н.А., Коваленко А.Л., Павленко Е.П. Состояние проблемы коморбидных социально-значимых инфекций в условиях пандемии СOVID-19. Антибиотики и Химиотерапия 2022; 67(7–8): 40–4. DOI: 10.37489/0235-2990-2022-67-7-8-40-44

Kolomiets V.M., Polshikova N.A., Kovalenko A.L., Pavlenko E.P.

33. Кучеря Т.В. Гельминтозы у детей – возможные варианты симбиоза. Экспериментальная и клиническая гастроэнтерология 2010; (1): 76–9.

Kucherya T.V.

34. Сигидаев А.С., Козлов С.С., Захаренко С.М., Тарасова Е.А., Суворова М.А. Оценка эффективности антипротозойной комплексной терапии бластомикозной инвазии у больных HCV-циррозом. Лечение и профилактика 2014; 4(12): 5–11.

Sigidaev A.S., Kozlov S.S., Zakharenko S.M., Tarasova E.A., Suvorova M.A.

35. Симованьян Э.Н., Денисенко В.Б., Бовтало Л.Ф., Трофименко Е.С., Кравцова А.В. Гнойный менингоэнцефалит смешанной этиологии у ребенка двух лет: трудности диагностики и лечения. Детские инфекции 2015; 14(4): 57–9. DOI: 10.22627/2072-8107-2015-14-4-57-59

Simovanyan E.N., Denisenko V.B., Bovtalo L.F., Trofimenko E.S., Kravtsova A.V.

36. Львова И.И., Леготина Н.С., Дерюшева А.В., Батракова Г.В., Гирева Т.В., Банько Н.В. и др. Тяжелая форма висцерального лейшманиоза у ребенка раннего возраста на фоне активации оппортунистических герпесвирусных инфекций. Пермский медицинский журнал 2015; 32(3): 136–40. DOI: 10.17816/pmj323136-140

Lvova I.I., Legotina N.S., Deryusheva A.V., Batrakova G.V., Gireva T.V., Banko N.V. et al.

37. Сорокина М.Е. Случай бациллярного ангиоматоза у ВИЧ-инфицированного пациента. Наука и здравоохранение 2013; (1): 73–5.

Sorokina M.E.

38. Гусаров В.Г., Замятин М.Н., Камышова Д.А., Фомина В.С., Абович Ю.А., Ловцевич Н.В. и др. Инвазивный аспергиллез легких у больных COVID-19. Журнал инфектологии 2021; 13(1): 38–49. DOI: 10.22625/2072-6732-2021-13-1-38-49

Gusarov V.G., Zamyatin M.N., Kamyshova D.A., Fomina V.S., Abovich Yu.A., Lovtsevich N.V. et al.

39. Скрипченко Н.В., Мазаева Е.М., Бехтерева М.К., Иванова М.В. Особенности течения менингоэнцефалита у ребенка со смешанной бактериальной инфекцией (клинический случай). Журнал инфектологии 2013; 5(1): 103–7. DOI: 10.22625/2072-6732-2013-5-1-103-107

Skripchenko N.V., Mazaeva E.M., Bekhtereva M.K., Ivanova M.V.

40. Протасеня И.И. Случай менингита, обусловленный коинфекцией энтеровируса и менингококка. Дальневосточный медицинский журнал 2009; (3): 108–9.

Protasenya I.I.

41. Дамулин И.В., Струценко А, Быченко В. Центральный понтинный миелинолиз. Врач 2018; 29(1): 29–32. DOI: 10.29296/25877305-2018-01-07

Damulin I.V., Strutsenko A, Bychenko V.

42. Усова Н.Н., Лемешков Л.А., Латышева В.Я., Гали­новская Н.В., Курман В.Я., Скачков А.В. Случай центрального понтинного миелинолиза у молодой женщины на фоне острого панкреатита. Проблемы здоровья и экологии 2016; 1(47): 87–90.

Usova N.N., Lemeshkov L.A., Latysheva V.Ya., Galinovskaya N.V., Kurman V.Ya., Skachkov A.V.

43. Diniz L.M., Magalhães E.F.L., Pereira F.E.L., Dietze R., Ribeiro-Rodrigues R.

44. Azulay R.D., Mendonça I.R., Santos C.M., Monteiro P.C., Lazéra M.S., Kac B.K. et al, Cutaneous cryptococcosis associated with lepromatous leprosy. Int. J. Dermatol. 2001; (4): 412–4.

45. Петрова Г.В., Агапова С.С., Мозжухина М.В., Тимо­шенко О.В., Павлов Н.С., Кудрявцева Е.П. и др. Генерализованный эритематозно-уртикарный дерматит и поражение респираторного тракта как проявление сочетанной парвовирусной В19 и микоплазменной инфекции у ребенка 2 лет. Детские инфекции 2018; 17(2): 66–70. DOI: 10.22627/2072-8107-2018-17-2-66-70

Petrova G.V., Agapova S.S., Mozzhukhina M.V., Timo­shenko O.V., Pavlov N.S., Kudryavtseva E.P. et al.

46. Тихонова Д.В. Случай анизакидоза, ассоциированный с бластоцистной инвазией. Медицинская паразитология и паразитарные болезни 2015; (1): 52–4.

Tikhonova D.V.

47. Ермак Т.Н., Козырина Н.В. ВИЧ-инфекция: церебральный токсоплазмоз в практике гинеколога. Инфекционные болезни 2019; 17(1): 137–40. DOI: 10.20953/1729-9225-2019-1-137-140

Ermak T.N., Kozyrina N.V.

48. Бондаренко А.Л.,Тихомолова Е.П., Головенкин Л.Л., Исупова О.М., Рассохина Е.А. Клинико-эпидемиоло­гические особенности лептоспироза в Кировской области. Эпидемиология и инфекционные болезни 2000; (1): 19–22.

Bondarenko A.L., Tikhomolova E.P., Golovenkin L.L., Isupova O.M., Rassokhina E.A.

49. Кузьмина М.Н., Климовицкая Е.Г., Ешмолов С.Н., Ситников И.Г., Елякова Е.В. Клинический случай ветряной оспы, осложненной менингоэнцефалитом и отеком головного мозга, в сочетании с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) у ребенка 5 лет. Детские инфекции 2021; 20(2): 64–7. DOI: 10.22627/2072-8107-2021-20-2-64-67

Kuzmina M.N., Klimovitskaya E.G., Eshmolov S.N., Sitnikov I.G., Elyakova E.V.

50. Кочкин А.В., Филиппова Т.П., Новицкая О.Н., Каня О.В., Захарова В.А. Случай нетипичного течения туберкулезного менингита у ВИЧ-инфицированного больного. Сибирский медицинский журнал 2011; (6): 268–70.

Kochkin A.V., Filippova T.P., Novitskaya O.N., Kanya O.V., Zakharova V.A.

51. Митрофанов А.В., Овчинникова Т.А., Комарова Т.В., Гасилина Е.С. Сочетание субтокмичесой дифтерии ротоглотки и острой цитомегаловирусной инфекции на фоне персистенции Эпштейна–Барр вируса у ребенка 5 лет. Вестник РУДН. Серия: Медицина 2010; (4): 338–41.

Mitrofanov A.V., Ovchinnikova T.A., Komarova T.V., Gasilina E.S.

52. Попова О.П., Федорова И.М., Котелева С.И., Скирда Т.А., Бляхер М.С., Бунин С.В. Клинико-иммунологические особенности сочетанного течения коклюша и хламидийной инфекции у детей. Детские инфекции 2018; 17(3): 16–21. DOI: 10.22627/2072-8107-2018-17-3-16-21

Popova O.P., Fedorova I.M., Koteleva S.I., Skirda T.A., Blyakher M.S., Bunin S.V.

53. Мироненко Т.М., Красавцев Е.Л., Терешкова М.Э. Клинический случай сочетанной инфекции: инфекцирнный мононуклеоз + ветряная оспа. Проблемы здоровья и экологии 2008; 2(16): 152–4.

Mironenko T.M., Krasavtsev E.L., Tereshkova M.E.

54. Давыдова И.В., Тимченко О.Л., Попова Т.Н. Эпидемиологический паротит на фоне реактивации Эпштейна–Барр вирусной инфекции. Инфекционные болезни: новости, мнения, обучение 2022; 11(2): 129–34. DOI: 10.33029/2305-3496-2022-11-2-129-134

Davydova I.V.1, Timchenko O.L.1, Popova T.I.

55. Илиева К., Карнаухова Е.Ю., Побегалова О.Е., Лиознов Д.А. Клинические случаи пневмоцистной пнев­монии у больных ВИЧ-инфекцией на фоне COVID- 19. Журнал инфектологии 2022; 14(4): 126–31. DOI: 10.22625/2072-6732-2022-14-4-126-131

Ilieva K., Karnaukhova E.Yu., Pobegalova O.E., Lioznov D.A.

56. Богомолов Б.П., Сорокина А.А., Королева М.А. Сифилис у больной с первичным диагнозом инфекционный мононуклеоз, цитомегаловирусная и герпетическая инфекции. Клиническая медицина 2014; (2): 71–3.

Bogomolov B.P., Sorokina A.A., Koroleva M.A.

57. Миропольская Н.Ю., Иванова И.Б., Молочный В.П., Троценко О.Е. Этиология и распространенность гельминтозов у детей Хабаровского края. Дальневосточный медицинский журнал 2014; (4): 26–30.

Miropolskaya N.Yu., Ivanova I.B., Molochny V.P., Trotsenko O.E.

58. Козлова И.В., Лисак О.В., Дорощенко Е.К., Сунцова О.В., Ткачев С.В., Рар В.А., Верхозина М.М., Демина Т.В., Джиоев Ю.П., Парамонов А.И., Черноиванова О.О., Злобин В.И. Уникальный сочетанный очаг клещевых инфекций на территории Иркутской области (Россия). Журнал инфекционной патологии 2018; (23): 22-23.

Kozlova I.V., Lisak O.V., Doroshchenko E.K., Suntsova O.V., Tkachev S.V., Rar V.A., Verkhozina M.M., Demina T.V., Dzhioev Yu.P., Paramonov A.I., Chernoivanova O.O., Zlobin V.I.

59. Пиневич О.С., Полонникова Т.Ю., Галиева Г.Ю., Берданова В.С. Клинические и этиологические аспекты клещевых микст-инфекций у детей. Мать и дитя в Кузбассе 2008; 5(34): 30–5.

Pinevich O.S., Polonnikova T.Yu., Galieva G.Yu., Berdanova V.S.

60. Грешнякова В.А., Горячева Л.Г. Клинический случай острого токсоплазмоза у ребенка с сопутствующим хроническим гепатитом С. Журнал инфектологии 2021; 13(2): 135–41. DOI: 10.22625/2072-6732-2021-13-2-135-141

Greshnyakova V.A., Gorjacheva L.G.

61. Гурбанова Э.В. Микробиоз кишечника и особенности иммунного ответа у детей, больных паразитозами. Детские инфекции 2010; 9(2): 34–7.

Gurbanova E.V.

Об авторах / Для корреспонденции

Вячеслав Васильевич Шкарин – чл.-корр. РАН, д.м.н., профессор; профессор кафедры эпидемиологии, микробиологии и доказательной медицины, Приволжский исследовательский медицинский университет Минздрава России, Нижний Новгород, Россия; nn_epidemiolog@pimunn.net
Ольга Васильевна Ковалишена – д.м.н., профессор, заведующая кафедрой эпидемиологии, микробиологии и доказательной медицины, директор, Институт профилактической медицины, Приволжский исследовательский медицинский университет Минздрава России, Нижний Новгород, Россия; kovalishena@mail.ru; http://orcid.org/0000-0002-9595-547X
Анжелика Вячеславовна Сергеева – к.м.н., доцент кафедры эпидемиологии, микробиологии и доказательной медицины, Приволжский исследовательский медицинский университет Минздрава России, Нижний Новгород, Россия; sergeeva-av2013@yandex.ru; http://orcid.org/0000-0003-2188-336X

Также по теме